В верх страницы

В низ страницы

To The West of London

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » To The West of London » Завершённое » [21.08.1971] La Morte Mi Troverà Vivo


[21.08.1971] La Morte Mi Troverà Vivo

Сообщений 1 страница 13 из 13

1

La Morte Mi Troverà Vivo
death will find me alive


Личные счёты, искренняя нелюбовь к магии, уверенность в том, что он знает, что делает: после кончины дона Маркези, на арену восходит дон Бруни, и дон Бруни не потерпит продолжения магического вмешательства в дела Семьи, и хоть какую-то причастность Маркези к новой Семье, в которой он намерен установить свои порядки. Кромвель, известный под именем Алессио Ланди, его жена Лаура Маркези, и все верные старому дону пытаются скрыться в Риме, но у Маурицио Бруни длинные руки и чёткая цель.

who
Алессио Ланди, Маурицио Бруни

where
Рим, дом семьи Маркези; тюрьма

[nick]Alessio Landi[/nick][icon]http://funkyimg.com/i/2AKZe.jpg[/icon][status]howling through [/status][info]<b>АЛЕССИО ЛАНДИ <sup><i>маг</i></sup></b><br>опальный мафиози<hr>[/info]

0

2

Джузеппе всегда знал, что делать. Когда дело только пахло жареным, или когда пожар уже разгорался под самым носом, он был тем, кто оставался спокойным, раздавал указания, и неизменно оказывался прав. Джузеппе точно знал, что всё всегда будет хорошо. Но теперь Джузеппе Маркези лежал у самой входной двери с пулей во лбу, и его кровь стекала в стыки между камнями брусчатки.

Август - божественный месяц - исходил последней жарой, срываясь на грозы и скатываясь в туманы. В их римском доме уже созрел виноград, но входная дверь, наглухо задвинутая тяжёлым книжным шкафом, перевёрнутым на бок (все книги ссыпались с полок, заваливая проход, и перекрывая доступ к лестнице на второй этаж. Чтобы пройти к ней, пришлось бы пройтись по распахнутым страницам), дрожала под ударами. Тёмно-зелёное стекло двери на кухни со звоном разлетелось на тысячу осколков; он услышал это даже со второго этажа, сквозь тихие всхлипывания прижимающейся к нему Лауры, сквозь бессмысленное "сдавайтесь!", грохочущее в ушах хуже выстрела, отправившего к праотцам Джузеппе.
Римский дом Маркези предназначался для затяжных летних каникул, захватывающих сентябрь с октябрём, для близости столичных дел, для возможности собрать всю Семью из отдалённых уголков Италии; он не был крепостью, способной выдержать штурм.

Полиция нагрянула в пять утра. В пять пятнадцать Джузеппе Маркези уже был мёртв, в пять двадцать - разбита кухонная дверь, в пять тридцат четыре - выбита входная. Ланди следил за происходящим из окна, прижимаясь к стене, так, чтобы никакая из пуль не прошила ему голову: полиция оцепила дом по периметру, и даже если у них была бы возможность прорваться сквозь это оцепление, на километры вокруг были только холмы и пастбища. Ему не хватит физических сил отстреливаться ото всех, и магических - обороняться. Маурицио Бруни озаботился тем, чтобы все защитные артефакты на территории дома и прилегающих территорий были уничтожены, что было невозможно без привлечения других магов. На войне все средства хороши?

Когда люди в полицейской форме прорвались на второй этаж, его магические силы уже были на исходе: Алессио полчаса держал защитную стену вокруг всего дома в отчаянной попытке отсрочить неизбежное, дать лишнее время на просчитывание путей отступления, зная, что боевая магия одного - ничто против огнестрельного оружия двадцати. Первый пересёкший порог лишённой своих баррикад спальни человек захлебнулся собственной кровью, пошедшей горлом, пока Ланди судорожно шептал заклинания, оставив защиту дома, бросая всё на оборону этого последнего рубежа. Второго постигла та же участь, третий лишился доступа к кислороду из-за сжавшихся лёгких, четвёртый потерял ориентацию в пространстве из-за внезапно пропавшего зрения и был застрелен Ланди, дрожащей от напряжения рукой всадившим ему в грудь несколько пуль подряд. Ещё двое не сумели пересечь порог. На седьмом он сдался.

Всю эту кавалерию возглавлял Бруни, дожидающийся их у выбитой входной двери. Едва стоящий на ногах от усталости Ланди с заломленными назад руками ("как будто это помешает мне перебить вас всех") поднял на него глаза, когда конвоиры вытащили его из дома следом за Лаурой:
- Значит, это ждёт Сицилию? Твой произвол? - он раздражённо и отчаянно выплюнул эти слова новому дону в лицо; теперь терять было уже нечего.
[nick]Alessio Landi[/nick][icon]http://funkyimg.com/i/2AKZe.jpg[/icon][status]howling through [/status][info]<b>АЛЕССИО ЛАНДИ <sup><i>маг</i></sup></b><br>опальный мафиози<hr>[/info]

+3

3

Человек, который флегматично наблюдал за осадой дома Маркези из окна машины, с равным успехом мог бы вести кулинарное шоу для домохозяек и воскресную аналитическую программу для псевдоинтеллектуалов. Невысокий, полный, с добрыми и внимательными, немного ироничными глазами и о, всегда таким спокойным и умным лицом - Маурицио Бруни давно смирился с тем, что природа не дала ему ни брутальности мачо, ни инфернальности кинематографического мафиози. Свою скромную обманчивую внешность он ценил много выше, и дополнял такой же обманчивостью манер. Он, не моргнув, шел под выстрелы - а его по-прежнему считали нерешительным. Он убивал, не раздумывая - а в нем видели добряка. И кто знает, сложилось бы все так хорошо, как сейчас, если бы Джузеппе Маркези в свое время оценил Бруни по достоинству?
Ах, Джузеппе, Джузеппе... Сейчас, уже уверенный в своей победе, Маурицио мог думать о старом волке с ностальгией и даже - почему бы и нет? - с уважением. Бруни будто забрался на самую высокую гору в своей жизни и, стоя на вершине, вспоминал тяжкий пройденный путь с удовлетворением и легким сожалением, как о том, что больше не повторится...

...Впрочем, эта благостное философское настроение вскоре оказалось испорчено.
Проклятого колдуна уже зажали в угол, как крысу, но даже оттуда он продолжал кусаться. В нетерпении Бруни открыл было дверцу машины и поставил ногу на асфальт, но верный телохранитель Чезаре предостерегающе коснулся плеча - мало ли, на что способны эти уроды? Благо, специально на случай больших потерь Бруни поднял местную полицию. Дон вернулся в машину и вышел в следующий раз, уже когда все было кончено.
Ланди как раз выволокли из дома. Тот выглядел жалко - только в глазах по-прежнему сверкала чуждая, темная, дьявольская воля, за которую Бруни хотел бы, как в старые времена, сжигать на кострах дотла. И даже сейчас, будучи победителем, Маурицио зябко и брезгливо поежился, смутно представляя себе эту странную силу. Как будто черное насекомое из кошмаров коснулось души холодным щупальцем...
- Уведите его, - равнодушно проронил Бруни, отводя взгляд и поворачиваясь корпусом к лежащему на полу Джузеппе Маркези.

*        *        *

Впрочем, через несколько дней новому дону все-таки пришлось встретиться с Ланди - когда выяснилось, что не все секреты Маркези удалось выведать шпионам и перебежчикам. Конечно, это грязное дело можно было поручить другим: Маленькому Мико, например, или Максу Романо. Но гадкое воспоминание - как вид даже повязанного выродка у разбитого дома Маркези заставил опустить глаза, - не давало Бруни покоя. Утром 21 августа Маурицио Бруни явился к ожидающему суда Ланди лично, в сопровождении Чезаре и Маленького Мико, чтобы на этот раз ощутить себя победителем до конца.

Отредактировано Maurizio Bruni (2017-11-24 12:06:59)

+3

4

Он не мог точно сказать, сколько прошло времени. Ориентировался только во времени суток, и то не всегда угадывал. Должен был пройти день, два, максимум, три, но Ланди слишком часто терял сознание от перенапряжения, от того, насколько сильно выжимал из себя магию, до последней капли, сопротивляясь людям Бруни так яростно, как только было возможным. Не надеясь на физическую силу, которой было откровенно недостаточно против охраны того крыла тюрьмы, в котором он оказался, возлагал большие надежды на магию. Все надежды, которые оставались.
Ему не давали увидеть жену, и не говорили, что с ней, и где она. Всё, что Алессио видел в последние семьдесят два часа, сводилось к четырём бетонным стенам, сжимавшимся со всех сторон, и к сливающимися в одно цветное пятно лицам охранников.

В стремлении выбить из последних оставшихся в живых Маркези всю информацию, которой они располагали, люди дона обратились к простым, но действенным методам, неуловимо напоминавшими средневековые пытки. Ланди не давали спать, и к концу того, что он полагал третьими сутками, он начал окончательно терять грань между настоящим и иллюзорным: слышал голоса, крики корчащихся в муках людей, среди которых улавливал свой собственный, мог поклясться, что видел лицо Лауры, смотревшее на него сквозь решётку. Несколько раз бросился на эту решётку грудью, увидев в проходящих охранниках Маурицио Бруни. Его раз за разом вырывали из короткого беспокойного сна, в который он пытался проваливаться, чтобы тащить в "переговорную" - Господи, назвали бы уже камерой пыток, чтобы не лгать самим себе, - и насильно вырывали те крупицы информации, которые Алессио цедил сквозь зубы, прежде, чем несколько ему выбили. Осколки в кровь раздирали губы и щёки, но он упорно заговаривал все те травмы, что ему наносили. Не было сил срастить кости, но на их остатках можно было остановить кровотечение и вынудить боль отступить, хотя бы на короткое время. Он кое-как дышал, чувствуя, как раздуваются лёгкие, упираясь в сломанные рёбра, и каждый вдох вырывался натужно, сдавленно и хрипло, словно ему уже перерезали горло. Но финал этого маленького представления, поставленного доном Бруни, был ещё впереди. Наверняка на финал Бруни захочет посмотреть сам.
Когда не было сил колдовать, Ланди молился. Сжимал в кулаке простой деревянный крестик на шнурке, который богобоязненные католики ему всё же позволили оставить, перебирал маленькие то ли кольца, то ли бусины на шнурке рядом с ним, и жил дальше. Потому что должен был. Отказывался умирать до того, как увидит Лауру.

Вероятно, когда Бруни в сопровождении предателя-Чезаре и Маленького Мико, известного своей любовью к грязным делам, от которых не  был бы в состоянии отмыться ни один уважающий себя человек, всё же почтил его своим присутствием, было утро. Поставленный прошлым вечером синяк под глазом расплылся, почти полностью лишая его зрения на правый глаз, и вынуждая нервно поворачиваться ко всем левой стороной.
Их комната для рандеву отличалась от его камеры, в которой откровенно тянуло гнилью и крысиным помётом: просторней, светлее, с чистыми полами и светом, всё же пробивавшимся сквозь маленькое окошко под потолком. Для всей троицы были предусмотрены простые крепкие деревянные стулья. Ланди было ласковым тычком в спину предложено встать на колени. У него не было сил сопротивляться.
Его травмы были по-прежнему совместимыми с жизнью, пускай и делающие эту жизнь в разы короче и неприятней: Бруни вряд ли отпустил бы кого-то из семьи Маркези так легко, не в его привычках было миловать и даровать лёгкую смерть. Сглотнув полную крови слюну, Алессио поднял голову, упираясь коленям в холодный пол; скованные наручниками руки за спиной давно затекли и ныли, добавляя боли в вывихнутое правое плечо.
- Не можешь выиграть честно - уничтожь, да, Маурицио? Не можешь завести своих друзей, перемани чужих? - он коротко дёрнул головой в сторону Чезаре и Маленького Мико. Он не знал, как давно оба перешли на сторону нового дона, или были на ней всегда, но и Чезаре, и Мико, пользовались протекцией Маркези. - Отличная стратегия. 
Ланди говорил с трудом, проглатывая половину звуков, и должно быть, ужасно раздражая всех присутствующих свистящим громким дыханием.
- Я уже сказал им всё, что знал. О связях Маркези с римскими банками, о подпольной проституции, о судах Палермо. Что ещё тебе нужно?
[nick]Alessio Landi[/nick][icon]http://funkyimg.com/i/2AKZe.jpg[/icon][status]howling through [/status][info]<b>АЛЕССИО ЛАНДИ <sup><i>маг</i></sup></b><br>опальный мафиози<hr>[/info]

+3

5

- Хамить-то зачем, Ланди? - с мягкой, отеческой укоризной вздохнул Бруни.
Он аккуратно одернул брюки и положил ногу на ногу. Прошелся взглядом по чисто выбеленному потолку, затем, мельком, будто нехотя, посмотрел на колдуна.
Маленький Мико улыбался. Слова Ланди для него были почти комплиментом - этот мелкий, юркий и фантастически жестокий человек открыто говорил, что быть умным, значит, держаться сильной стороны. Чезаре гневно поджал губы. Он был предан Маурицио уже тогда, когда этот колдун, верно, еще не родился.
- Я поступил с Маркези так же, как Джузеппе в свое время поступил со своим предшественником, доном Сантоцци, - Бруни повернул перстень на пальце, чтоб выглядеть занятым; смотреть колдуну в глаза по-прежнему было жутко, и это страшно злило. - Понимаешь, Ланди, - он развел руками, - это как времена года. Когда ты однажды утром проснулся и обнаружил, что твой сад завял, глупо обвинять время в том, что оно поступает нечестно.
Он говорил мягко, размеренно и благодушно, как будто собеседник сидел напротив на стуле с чашечкой кофе и чистой рожей. Ни одна черточка не выдавала растущее раздражение дона.
Он вновь не мог почувствовать себя сильнее.
Не чувствовал себя сильнее этого урода, выродка, который стоял перед ним, черт побери, на коленях! Как?!.
- Ладно, - Бруни хлопнул ладонью по колену и вновь встретился взглядом с колдуном. - Всегда приятно, знаешь ли, с тобой поговорить, но у меня к тебе конкретный вопрос. Суды Палермо, Ланди, вспоминай. Как вам удалось взять за яйца Леонардо Сальтаформаджо?

+3

6

Ланди гневно дёрнул головой, глядя Маурицио в лицо - так открыто, как мог.
- Джузеппе не устраивал облаву, прячась за чужими спинами. В этом разница между вами.
Безумно хотелось завалиться на бок прямо здесь, на холодный пол, и закрыть глаза.
- Сальтаформаджо... - повторил, вспоминая имя. - Сальта..формаджо.
Он никогда не был причастен к делам старого дона напрямую. Всегда был немного фоном эпохи, магическим фоном, благодаря которому дела частенько решались сами собой, без необходимости прибегать к грубой физической силе. Леонардо Сальтаформаджо мог быть сколько угодно продажным сукиным сыном - цена была у всех. Он был католиком, глубоко религиозным человеком, почти посвятившим свою жизнь служению, избравшим иную дорожку в самый последний момент, но всё равно оставашимся преданным идеалам церкви, и полагающий магию порождением Сатаны, подлежавшим уничтожению. И до дрожи в коленках боялся её, боялся самого Ланди, служившим мощным оружием убеждения, когда парой Слов сжал Леонардо глотку, не давая дышать. Смотрел, как быстро бледнеет лицо, как судья царапает собственное горло ногтями, и с трудом сдерживался, чтобы не сжать незримую хватку сильней. Знал, что может переломить Леонардо шею новым Словом. Знал это и Леонардо, после демонстрации силы согласившийся на все условия Маркези, и напоследок пожелавший Алессио Ланди вечность гореть в аду. Сальтаформаджо смотрел тогда на него почти так же, как сейчас смотрел Бруни: в глазах слишком чётко читался страх, чтобы спутать его с чем-либо другим.
- Он трус и бывший церковник. Он боится за свою жизнь. Боится того, что будет после неё.
Ланди говорил тихо и медленно, подбирая слова.
- Потому что не так страшны грехи при жизни, как расплата за них после смерти.
Собрав последние магические силы, он выбросил их в сторону Маурицио Бруни, сдавливая его горло невидимыми пальцами магии точно так же, как тогда в доме Сальтаформаджо, в котором пахло ладаном и прогнившими истинами.

[nick]Alessio Landi[/nick][icon]http://funkyimg.com/i/2AKZe.jpg[/icon][status]howling through [/status][info]<b>АЛЕССИО ЛАНДИ <sup><i>маг</i></sup></b><br>опальный мафиози<hr>[/info]

+3

7

Бруни снова не выдержал взгляда мага, опустил голову и потер пальцем висок. Скорректированный волей жест - на самом деле, рука потянулась закрыть лицо от пугающих глаз.
Он задал вопрос, а сам почти не слушал.
В каждом из магов ему явно виделось врожденное уродство, отклонение. Что-то на уровне тени, ауры, если хотите. Как будто под ногами у всех людей была земля, а под ногами этих - движущаяся, как трясина, тьма. И хотя они были убогими, как бы в душе калеками, Маурицио пугали и возмущали их возможности. Как будто они могли залезть к тебе в душу извивающимися черными насекомыми. Как будто...
И вот оно произошло.
Еще раньше - на долю секунды раньше, - чем невидимые пальцы сомкнулись на его горле, Бруни краем сознания уловил Нечто. Какое-то изменение рядом, неуловимое, но вездесущее. Будто изменился цвет теней. Удушливой волной нахлынул панический ужас. Бруни подался назад, опрокинул стул и упал, встал на одно колено, хватаясь за горло. Маг сейчас был слаб, очень слаб и сильно изранен, однако собственный страх душил Маурицио быстрее, чем магия.
Чезаре и Мико повскакивали, не понимая, что происходит. Бруни хотел показать телохранителю, чтоб тот пришил мага, но не мог отнять руку от собственного горла - иначе, казалось, невидимая сила сломает позвоночник. Стоя на колене, на одном уровне с Ланди, Бруни вновь встретился взглядом с колдуном.
По краю зрения уже собирались тени. Сердце оглушительно стучало в висках. Ланди был в ореоле света, в рое разноцветных искр. Один глаз совсем заплыл, другой - сверкает маленькой воронкой в преисподнюю. Даже теперь он был сильнее. От этой мысли в груди дона Маурицио всколыхнулась дикая, безумная ярость.
Ярость, как прибой, наполнила его тело. Под этой силой тиски, сдавившие горло, стали ослабевать, и Бруни, вкладывая всю эту ярость в свой голос и слова, зарычал:
- Убери. От меня. Свои руки!
- и снова смог вдохнуть полной грудью обжигающе-живительный воздух.

Отредактировано Maurizio Bruni (2017-11-24 22:30:37)

+3

8

Когда что-то оборвало его магию, резко и отчаянно, Ланди отшатнулся сам, с трудом сохраняя равновесие, успев перед этим отхватить свою порцию пристального взгляда Бруни на одном уровне с собой, когда тот упёрся коленом в неправдоподобно чистый пол прямо перед ним. Чужая магия сбила его собственную, высвобождая дона из цепкой невидимой хватки, уже почти вышедшей из-под его контроля, сдавливающей горло магической удавкой; тот факт, что единственным, кто открыл рот, был сам Маурицио Бруни, заставил его расхохотаться. С выступившими на глазах слезами от боли, которую причинял каждый вдох, Алессио полузадушенно смеялся, давясь этим смехом, завалившись на бок, почти прижимаясь щекой к полу. Мокрые от крови и пота волосы липли к лицу, а всё тело сотрясли болезненные конвульсии, вызванные смехом. Голова звенела абсолютной пустотой, а грудь сдавили тиски: у него не осталось магии. Всё, что он будет колдовать с этого момента, будет тянуть из него уже непосредственно жизненные силы.
- Так, да? Так, дон? - Ланди сплюнул выступившую на потрескавшихся губах кровь, и оскалился в лицо Бруни, тяжело дыша. - И давно ты используешь то, что ненавидишь? Давно изображаешь из себя святого, будучи лицемерной тварью?
Клокочущий в груди нервный торжествующий смех почти стих. Алессио с трудом оторвался от пола, снова вставая на колени: в полулежащем положении голова быстро тяжелела, и мир перед глазами начинал плыть, что было верным признаком, что он вот-вот отключится, а этого он позволить себе не мог.
- Ты - маг, Маурицио Бруни. Ты такой же, как я.
[nick]Alessio Landi[/nick][icon]http://funkyimg.com/i/2AKZe.jpg[/icon][status]howling through [/status][info]<b>АЛЕССИО ЛАНДИ <sup><i>маг</i></sup></b><br>опальный мафиози<hr>[/info]

+3

9

Все еще вне себя от страха и ярости, горячо и хрипло дыша, Бруни поднялся на ноги, вытащил пистолет и наставил его на мага. Но Ланди... Ланди смеялся, все тем же смехом победителя, за который его хотелось убить много, много раз. И Боже, Боже, что он говорил!
- Что ты несешь?! - резко спросил Бруни.
Смех в ответ.
- Ланди, что ты несешь?!
Смех.
Дон взглянул на своих людей, но Мико и Чезаре смотрели на него с пока что смутным, но уже заметным подозрением. Маурицио понадобилось с десяток секунд, чтобы взять себя в руки.
- Выйдите, - велел Бруни.
Когда за Чезаре закрылась дверь, дон некоторое время стоял молча, глядя в стену невидящим взглядом. Маурицио Бруни не был бы сам собой, если бы в самые отчаянные минуты не бывал даже более хладнокровен, чем обычно.
- Знаешь, что я думаю? - сказал, наконец, он тихим, зловещим голосом. - Я думаю, ты сыграл эту шутку, чтоб подставить меня перед моими людьми.
Дуло пистолета снова смотрело в голову магу.
"Или нет?..".

+2

10

- Правду.
Он смотрел на дуло пистолета так спокойно, как мог, хотя внутри всё переворачивалось от откровенного страха; знать, что умрёшь в этих застенках - одно, и смотреть смерти в лицо - другое. Стольо ожидаемая смерть, о которой он тихо тайком молился, когда боль в рёбрах становилась нестерпимой, имела лицо не Бруни, вознамерившегося  отпустить ему все грехи одним выстрелом в упор, а пистолета, направленного ему в голову. Бруни, как обычно, был просто марионеткой, полагающий, что ниточек не существует.
Ланди не стал оборачиваться, когда за его спиной хлопнула дверь, выпуская людей Маурицио: спешно выставить свидетелей своего позора, замести следы, прикрыться Алессио, но не признать той правды, которая упиралась в лоб похуже пистолета. И могла точно так же вышибить мозги.
- Дать отпор магии.. можно только магией. Ответной. Магией.

Он следил за доном левым глазом, повернув голову, следил за выражением его лица, хотя оно то и дело превращалось в расфокусированное пятно, которому приходилось усилием воли возвращать распознаваемые черты. Тишина, накрывшая опустевшую комнату, не давила. Он успел привыкнуть к тишине, и пускай она была намного лучше шагов за запертой дверью камеры, она была всего лишь вступлением к ним. Молчание Бруни - затишье перед бурей.
Буря вернулась, когда дон вскинул руку.

- Нет, - теперь Алессио смотрел поверх пистолета в глаза Маурицио, в напряжённое лицо человека не уверенного в том, что говорит, и действующего на эмоциях, которые тщательно пытался скрыть. - Я думаю, что ты лгал своим людям в лицо, и теперь боишься того, что я открыл им глаза на твою истинную сущность. Убей меня, - он нехорошо ухмыльнулся, растягивая разбитые губы в улыбке. - Если хочешь. Но это тебе не поможет, потому что они оба видели, что только что произошло. И скоро будут знать остальные. И тогда ты окажешься в моей шкуре. И кто-то другой будет точно так же целиться тебе в голову.
[nick]Alessio Landi[/nick][icon]http://funkyimg.com/i/2AKZe.jpg[/icon][status]howling through [/status][info]<b>АЛЕССИО ЛАНДИ <sup><i>маг</i></sup></b><br>опальный мафиози<hr>[/info]

+3

11

- Заткнись, Ланди. Мы с тобой оба знаем, что я не маг, - Бруни хотел  вернуть себе пренебрежительный спокойный тон, но теперь в его голосе нервной ноткой проскальзывала фальшь.
Да и пистолет, если присмотреться, чуть дрожал в руке.
Ланди все подстроил, говорил себе дон. Неясно, как, но несомненно, подстроил.
Но в ответ глубоко во тьме души самого Маурицио шевелились черные насекомые, и дрожала мгла под его тенью. Его страх был частью него самого. Вспомнились слова падре Бартоломео: душу свою человек всегда берет с собой. Куда бы ты ни ехал, кого бы ты не убивал, Маурицио Бруни, черные гады в трясине мглы не отстанут ни на шаг. От себя не убежишь, Маурицио Бруни, от себя не избавишься.
Нет!
Нет-нет-нет!
Ланди все подстроил, Ланди все подстроил, Ланди, Ланди...

Медленно, осененный внезапной идеей, Бруни повернул голову к своему опрокинутому стулу, протянул свободную руку и прошептал:
- На место!
Стул подскочил, перекувыркнулся и встал, как раньше.
Дыхание сбилось, на висках проступил холодный пот. Бруни в панике направил на злосчастную мебель свой пистолет.
Это Ланди все подстроил, это Ланди все подстроил...

Дон резко обернулся, будто боялся каких-то невидимых чудовищ, что могли подкрасться к нему сзади. На белой стене ему померещилось быстрое мелькание тени и звук - где-то на границе слуха и фантазии.
- Покажитесь! - срывающимся голосом велел Бруни.
И белизна в ответ расцвела уродливой розой переплетающихся теней. Все то, чего он боялся в других, принадлежало ему, было его собственной и ничьей больше формой.
- Нет...
Теневые твари ответили низким воем.
- Босс! Все в порядке?! - послышался из-за двери голос Чезаре.
- Нет... - прошептал дон Маурицио. - Да. Да, все в порядке! Не... Не входить сюда!
Он, наконец, снова обернулся к магу. Глаза Бруни покраснели и странно блестели.
- Не говори ничего, - громким и откровенно уже безумным шепотом произнес он, вновь направляя на Ланди свой пистолет. - Не смей ничего говорить! Это ты делаешь, а не я! Не смей спорить!

Отредактировано Maurizio Bruni (2017-11-25 17:58:28)

+3

12

Ланди молча наблюдал за разворачивающимся перед ним представлением. Смотрел, как Бруни шарахается от теней, которых сам же и вызвал своей магией, как постепенно поддаётся панике, которую выдавали неприкрыто дрожащие руки, ужас в глазах, и то, как он отчаянно наставлял ствол пистолета на каждый, даже откровенно пустой, угол. Не спорил, потому что не было сил, переводя взгляд с пляшущих теней на дона, и в этом взгляде было больше, чем он мог вложить в слова. Шевельнув стянутыми руками, Алессио приподнялся на коленях, почти запрокидывая голову, чтобы увидеть, как тени ползут вверх, всё ещё подконтрольные Бруни, но такие же безумные, как и он сам.
Они делали и без того тесную комнату ещё меньше. Ланди казалось, что, если бы он мог протянуть руку, тени чёрными челюстями вцепились бы ему в запястье, втаскивая за собой в чернильную темноту, оплетая и не отпуская. Одно он теперь знал наверняка: если они затащат его, он забирает Маурицио Бруни с собой. Позже, возможно, через двадцать лет, тридцать, но Бруни поддастся своим.
- Встретимся в аду, Маурицио.
[nick]Alessio Landi[/nick][icon]http://funkyimg.com/i/2AKZe.jpg[/icon][status]howling through [/status][info]<b>АЛЕССИО ЛАНДИ <sup><i>маг</i></sup></b><br>опальный мафиози<hr>[/info]

+3

13

И Бруни выстрелил.
Рассудок все еще пытался бороться с ужасом и безумием, но, кажется, было уже поздно - тени захватили всю комнату, и каждая из них была отражением души хозяина. Стрелял дон бездумно и как-бы не со зла. Не затем, чтоб лишить жизни - до такой сложной логической связи в его состоянии трудно додуматься.
Стрелял, просто, чтобы Ланди перестал говорить.
Стрелял, просто, чтобы Ланди перестал смотреть.
Просто, чтобы он перестал быть... победителем, победителем против всех законов войны.
Бруни еще два или три раза выстрелил в уже неподвижное тело, пока звенящая тишина не привела в чувство. Даже мертвый, Ланди, кажется, продолжал усмехаться. Бруни навел пистолет снова на лицо мага, но больше не выстрелил. Он рухнул на колени и начал тихо, истерически смеяться - а потом заплакал. Губы шептали молитву, но теням было все равно. Они спустились с потолка и клубком змей обвились вокруг своего хозяина и его мертвого врага, как бы утешая, и в то же время - не отпуская.

+3


Вы здесь » To The West of London » Завершённое » [21.08.1971] La Morte Mi Troverà Vivo